«Иногда по глазам пациента видно, что он решает, быть ему или не быть»
303-я палата в екатеринбургской городской травматологической больнице № 36 – это палата, в которую после реанимации помещают пациентов, перенесших тяжелые операции. Самые разные мужчины и женщины, пожилые и молодые, после ДТП и других происшествий, с разной длительностью лечения и разной степенью травмы. Им нужен особый круглосуточный уход. Умыть, поменять положение, сменить постельное белье, покормить, дать лекарство, последить за капельницей, помочь в перевязке и многое-многое другое – не у каждого любящего человека найдутся силы, чтобы бессменно находиться при таком больном. Да и не у каждого пациента есть близкие, а штатные медсестры больницы не успевают ухаживать за всеми больными полноценно. Именно поэтому приходящим на помощь сестры милосердия и добровольцам Православной Службы Милосердия здесь всегда рады.
![](/content/contentitems/8101/txt08101-dyltt55o.jpg)
До пандемии в постреанимационную палату выходили посменно три-четыре сестры милосердия. Потом кто-то вышел на пенсию, кто-то в силу обстоятельств сменил место служения. После того, как больницу открыли для посещений, произошло естественное обновление команды, выходящей на пост. В числе новеньких оказалась сестра милосердия Наталья Заякина.
– Вместе с другими сестрами милосердия я прошла обучение по уходу за лежачими и тяжелобольными подопечными и искала возможность где-то применять полученные навыки. По долгу службы я бывала в хосписе, в детских и взрослых больницах, на патронажных адресах и госпитале. Как-то раз оказалась и в травматологической больнице и поняла, что здесь очень нужна помощь. И именно здесь мне пригодились практически все навыки, которые мы отрабатывали во время учебы.
Мне показалось, что в каждом учреждении есть какой-то свой настрой, свой «взгляд на жизнь и смерть», своя история. В хосписе люди зачастую осознают, что уходят, поэтому там много смирения и тихого прощания с жизнью. Там вся работа «заточена» на уход за пациентами. В госпитале своя героическая история: у каждого бойца есть понимание будущего, кто-то планирует комиссоваться, кто-то планирует возвращаться в строй. А вот в травматологии оказываются люди неожиданно для себя. У кого-то производственные или бытовые травмы, много людей после аварий и ДТП, есть и те, кто пострадал от преступников – в любом случае человек не планировал и не предполагал, что окажется на больничной койке, да еще и в тяжелом состоянии. И вот у многих я заметила в глазах некий выбор – «жить или не жить». Они как будто решают этот вопрос и решают не всегда положительно. Увидев это, я поняла, что здесь очень нужна помощь добровольцев и сестер и благословилась попробовать свои силы в постреанимационной палате, – говорит Наталья.
![](/content/contentitems/8101/txt08101-ufe1aagg.jpg)
Сестры и добровольцы выходят на пост раз в неделю, по субботам. В их задачи входит: проведение гигиенических процедур, бритье, стрижка ногтей, профилактика пролежней. Каждое действие они проговаривают вслух, предупреждая пациента о предстоящем вмешательстве – это одно из главных правил корректного ухода за человеком.
– Уход должен быть таким, чтобы пациент принял его. Человек может лежать с открытыми глазами, но не видеть тебя и не осознавать твоего присутствия. Может все осознавать, но в силу плохого самочувствия игнорировать твое присутствие. А может находиться в сознании и радоваться твоему приходу, только не иметь сил показать это даже взглядом. Поэтому мы в любом случае обращаемся к человеку, проговаривая свои действия.
Кто-то взглядом показывает благодарность, а кто-то смотрит сквозь тебя, как через пустоту… вот это страшно и непривычно. Помню, ухаживала за одним мужчиной. Предупредила: «Сейчас мы помоемся, я вас протру, будете свежим, скорее поправитесь…» – а в ответ полное равнодушие, хотя человек в сознании. Я даже несколько раз заглядывала в глаза человеку, чтобы проверить, не показалось ли мне это безнадежье. Ему, видимо, так тяжело, так больно, что он находится в состоянии «делайте что хотите, мне все равно». Таких пустых или безнадежных взглядов я вообще нигде еще не видела!
Бывает и так, что человек только телом находится на больничной койке, а душой продолжает жить в каком-то своем мире. Помню обездвиженного после травмы мужчину, который активно и живо решал с кем-то воображаемым производственные задачи, а на больничное окружение и медперсонал никак не реагировал. У него открыты глаза, он бодр, он общается, у него все нормально и хорошо… в том мире, в котором он сейчас находится душой.
![](/content/contentitems/8101/txt08101-fn7pwi0w.jpg)
Дежурство в палате длится от 2,5 часов (время дежурства зависит от возможностей и количества помощников), за это время сестры и добровольцы успевают не только выполнить все необходимые процедуры, но и понаблюдать за состояние больного. Свои наблюдения, как и все действия по уходу, они фиксируют в журнал дежурств, который передается следующим добровольцам. А по окончании смены все собираются в небольшой комнатке, выделенной больницей для Службы Милосердия. Здесь можно не только отдохнуть, но и обсудить полученные за смену наблюдения и впечатления. Здесь же проходят и духовные беседы с батюшкой, и совет с координатором. В команду попадают только люди, прошедшие специальную подготовку, выпускники Школы по уходу или получившие опыт и знания в процессе ухода за близкими:
– Мне очень дорога наша дружная и большая команда добровольцев. Такие самоотверженные люди! Например, одна из добровольцев, Ольга Всеволодовна, много лет ухаживала за лежачей мамой, а сейчас, в свои 59 лет, ухаживает за тяжелобольной тетушкой. А в больницу, как она говорит, «приходит отдохнуть». Я помню, как она пришла в Службу Милосердия на собеседование с новыми добровольцами и говорила, что хотела бы помогать в госпитале или больнице. Мне кажется, это подвиг: целую неделю неотвязно находиться при больном человеке (а тетушка еще и весит много, тяжело ее переворачивать, поднимать, сажать и так далее), а потом идти и «отдыхать», ухаживая за такими же тяжелыми пациентами.
Наталья надеется, что добровольцы, благодаря своему позитивному настрою, профессионализму, корректности и умению уважительно относиться к личным границам больного человека, помогают пациентам настроиться на выздоровление. Хотя выбор все равно остается за человеком.
– Иногда по глазам видно, что сейчас человек решает, быть ему или не быть, бороться за жизнь или сдаться перед лицом обстоятельств. Такой жизненный выбор больного очень сильно влияет на лечение. Например, один пациент все время находится в привязанном состоянии (руки и ноги зафиксированы). Я его брила, умывала. Почему его привязали? Потому что он не хочет жить: «Не хочу я поправляться, хочу только, чтобы это все закончилось». А есть пациенты, настроенные на выздоровление. Девушка. Лежит в больнице после тяжелого ножевого ранения. Вся спина у нее рассечена, есть и внутренние повреждения. Так вот, она хватается за каждую возможность улучшить свое состоянии и ускорить выздоровление: «Вы, пожалуйста, приходите ко мне чаще! Давайте в душ съездим, давайте переоденемся. Мне нужно двигаться, помогите мне, пожалуйста!».
![](/content/contentitems/8101/txt08101-62gi7wbi.jpg)
Наталья говорит, что помощь в уходе – далеко не самая сложная часть работы, даже если речь идет о гигиенических процедурах. Сложнее правильно психологически настроиться на встречу с людьми, пережившими травму. Но здесь помогает координатор и опытные сестры. Новеньких добровольцев вводят в работу постепенно, чтобы человек успевал адаптироваться к «предлагаемым обстоятельствам», ведь от его настроя, реакций и действий также будет зависеть выздоровление пациента.
– Пациентам очень важна поддержка. Людей, к которым приходят родственники или знакомые, видно сразу. Только вот в травматологии часто бывают «ничейные» пациенты, одинокие по жизни или те, чья личность еще не идентифицирована. Таких «ничейных» мы в первую очередь и подхватываем.
Хотите стать добровольцем? Заполните анкету и приходите на собеседование!
Читайте в тему:
Неизвестный № 2. Будни постреанимационной палаты
Начало недели в постреанимационной палате